Владимир Немухин – один из наиболее ярких представителей знаменитой Лианозовской школы, довольно быстро обрел свой собственный визуальный язык, пережив недолгое увлечение абстрактным экспрессионизмом. Уже с середины 1960-х важнейшим мотивом его творчества становится колода игральных карт. Немухин вспоминал, как, гуляя по берегу Оки в родной деревне Прилуки, находил оставленные туристами среди песка игральные карты. В 1965 году он впервые использовал образ карт, продолжая обращаться к этой теме и в самых поздних своих работах, примером чему является данный лот. В картах его заинтересовала простая четкость их геометрической формы. Уже его ранние произведения с этим мотивом отсылают к геометрическим абстракциям, созданным мастерами русского авангарда. В юности Немухин посещал в московской изостудии занятия Петра Соколова, который был когда-то учеником Ильи Машкова и ассистентом Казимира Малевича.
Более сложные композиции с картами стали возникать в творчестве художника в 1970‑е годы, демонстрируя его знакомство с такими направлениями ХХ века как конструктивизм, поп-арт, концептуализм. Графические и живописные элементы мастер сочетает в них с реальными предметами. Среди нарисованных карт встречаются настоящие, а натуральный шпон, обрамляющий «черный квадрат» (имитацию грифельной доски), создает иллюзию осязаемой столешницы. Художник словно продолжает здесь традицию так называемых «картин-обманок», популярных в живописи прошлых столетий, где искусство стремилось «подменить» собой реальность. Однако при взгляде на «Черный ломберный стол» Немухина становится очевидно, что эта реальность вымышлена. В одной игре используются карты с разными «рубашками», а значит, они из разных колод. За видимой тщательно организованной упорядоченностью кроется случайность. Игрок не знает, какая ему выпадет карта, и каков будет исход игры. В этом Немухин становится продолжателем еще одной традиции европейского авангарда, а конкретнее – Марселя Дюшана и дадаистов, которые в начале ХХ века стали использовать случайность как композиционный принцип в своем художественном и литературном творчестве. По признанию самого мастера карты стали для него «символом дольнего мира с его отстраненным от человеческой личности порядком, стихийностью и капризной переменчивостью состояний».
О художнике:
Владимир Немухин — художник, проживший долгую жизнь и до последнего дня занимавшийся искусством. Несмотря на тихий нрав, Немухин целеустремленно и не сходя с намеченного еще в юности курса творил неугодное официозу искусство и был одним из лидеров в борьбе художников за свои права на свободу творчества. С 1956 года Немухин — участник «Лианозовской группы», это знакомство дает ему большой творческий импульс. Но он получал такие импульсы и раньше — брал частные уроки у Петра Соколова (ученик Ильи Машкова, Павла Кузнецова, работал ассистентом у Малевича), который развил в молодом художнике конструктивное мышление. Но главными событиями, перевернувшими их жизнь, каждый представитель московского андеграунда всегда назовет Международный фестиваль молодежи и студентов 1957 года и последующие за ним в течение нескольких лет выставки современного зарубежного искусства. На фестивале они с женой — художницей Лидией Мастерковой — были настолько потрясены увиденным, что не могли потом разговаривать друг с другом несколько часов. Особенно поразили Немухина скандинавские экспрессионисты, а также абстрактное искусство («настоящий шок, после которого мы окончательно прозрели»), и вскоре, в 1958 году, он начинает делать первые в жизни экспрессионистические абстракции. В 1964 осознает, что перерос уже и это («я вдруг увидел в абстракции необычайный натурализм»), а в 1965 находит свою тему — карты, которая будет центральной в его творчестве до конца жизни. Работы художника находятся в коллекции Третьяковской галереи, The Met (Нью-Йорк), MoMA (Нью-Йорк). V
Экспертизы:
Экспертное заключение В.С. Силаева
Присутствуют следы времени и дефекты обрамления. Подробный отчет о сохранности высылается по запросу.
