«Юленька — солнышко мое, я жду тебя с ужасным нетерпением. Так хочется рассказать тебе обо всем — что я делаю, о чем думаю, что слышал по радио, о чем читал, что у меня болит, что меня беспокоит, о своем давлении, о животе, о том, что терпнет левая рука, болит за левым ухом, о том, как я тебя люблю, что жду тебя с ужасным нетерпением, что боюсь, не поссоримся ли мы сразу же, как увидимся. Приезжай скорее, мой детеныш, если мы даже и поссоримся, то очень скоро помиримся. Сегодня обещают очень холодную ночь, смотри не замерзни в своем красном одеяле», — писал Вадим Сидур своей супруге Юлии Нельской.

Неудивительно, что большинство женских образов у Сидура имеют черты его супруги. Художник вновь и вновь возвращался к ее облику, наделяя своих героинь большими глазами и плавным контуром лица. Мужские персонажи несут в себе автопортретные черты самого автора — выразительный взгляд, бороду, напряженную пластику силуэта. 

Все эти «приметы» есть и в представленном на аукционе рисунке. Работая фломастерами, он добивался редкой эмоциональной выразительности. Непрерывная линия, отсутствие лишних деталей и лаконизм композиции позволяют сосредоточиться на самом главном — внутреннем состоянии персонажей и связи между ними. Для Сидура любовь была фундаментальной основой человеческого существования — в противовес миру насилия, отчуждения и исторических катастроф, которые он пережил. 

О художнике:
Мир Сидура включает самые разные виды искусства — от скульптуры, объектов и графики до поэзии и кинематографа. Несмотря на то, что в каждом из медиумов художник в большей степени уделял внимание какой-то одной теме, объединив их, можно обнаружить общую идею: стремление увидеть человека во всех его пороках и совершенствах. Несмотря на общий трагизм искусства Сидура, ключевым в нем оставалось твердое убеждение в любви к человеку и боль за те несчастья, что ему приходится претерпевать.

При жизни Сидур не получил широкого признания в СССР — из-за обвинений в формализме для него была закрыта дорога на выставки Союза Художников. В среде неофициального искусства он также держался особняком — не примыкал к художественным объединениям ни концептуально, ни формально, ни дружески. Исключением стала только группа ЛеСС (Лемпорт, Сидур и Силис): три художника делили одну мастерскую и около 14 лет работали вместе, пока к 1960-м годам творческие взгляды Сидура не разошлись с остальными участниками. В связи с этим долгое время его искусство оставалось в тени, а заработок шел в основном благодаря его работе с книжной иллюстрацией и заказам на создание надгробий. Тем не менее, благодаря усилиям друзей и ценителей творчества Сидура с 1970-х годов его работы начали активно выставлялись за рубежом, а в 1980-х он начал обретать известность и на родине. Уже после смерти автора, в 1989 году был открыт Музей Вадима Сидура (в настоящее время: филиал ММОМА). Сегодня его работы представлены в собраниях Третьяковской галереи, Русского музея, МВО «Манеж» (Москва) и других. Значительные собрания находятся за рубежом, в частности в Германии (Берлин, Кассель) и США. 

Подробный отчет о сохранности высылается по запросу.