![](https://api.vladey.net/storage/artwork/12316/cover_preview_image-0eaa53f5049e85c0e3fa589d18b3c46c.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork/12316/cover_preview_image-0eaa53f5049e85c0e3fa589d18b3c46c.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork_image/51423/regular_image-dcad319bfccecd597ad7f5264d402036.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork_image/51424/regular_image-94f1f84a6fcc7965cd86d421aa4b0c59.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork/12316/cover_preview_image-0eaa53f5049e85c0e3fa589d18b3c46c.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork_image/51423/regular_image-dcad319bfccecd597ad7f5264d402036.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork_image/51424/regular_image-94f1f84a6fcc7965cd86d421aa4b0c59.jpeg)
Представленное полотно Михаила Рогинского принадлежит к числу поздних произведений живописца, созданных в парижский период его творчества. С начала 1980-х годов на холстах художника появляются люди. Художник начинает писать Москву своих воспоминаний, и эта тема больше не уйдет из его творчества. Магазины, столовые, буфеты, парикмахерские, собрания, очереди становятся основными мотивами его произведений. Их интерпретация, эмоциональная тональность, композиционная структура, колористический строй будут претерпевать постоянные изменения, пока все пережитое, передуманное и найденное за время творческого пути не сплавится воедино в монументальном московском цикле второй половины 1990-х годов.
Именно к таким произведениям и относится представленная картина. Ее внутренняя пространственная структура и колористическое решение отмечены значительной сложностью. Как и в других подобных работах Рогинского, основная ритмическая тема здесь задается настойчивыми вертикалями упрощенных фигур, как бы случайно попавших в поле зрения. Чередование масштабов персонажей помогает художнику добиться впечатления существенной пространственной глубины. Цветовой строй, как это часто бывает у Рогинского, тяготеет к монохромному, однако за счет введения энергичных акцентов синего и зеленого, приобретает особенную выразительность. Характерна грубовато нанесенная надпись в верхней части картины — подобные комментарии регулярно появляются в поздних работах мастера.
Во всех интервью с Рогинским звучал один и тот же вопрос: почему в Париже художник пишет Москву? Вот исчерпывающий ответ: «Я родился в Москве, я москвич, абсолютный москвич. Для меня Москва — не просто город — это страна! Я люблю Москву... люблю как человек», но относительно творчества Москва — это некая эстетика, которой мне здесь не хватает».
О художнике:
Протоконцептуалист, главный бытописатель советского времени, создатель одних из первых реди-мейдов в истории отечественного искусства — Михаил Рогинский в начале 1960-х открыл мир советского быта как предмет художественного исследования и осмысления. Поэт Генрих Сапгир называл его работы «русским поп-артом», а сам Рогинский говорил, что на холстах у него каждый раз «только импровизация». В 1978 году художник вместе с женой Лианой эмигрирует во Францию: так в его творчестве начинается парижский период — время ностальгических композиций, посвященных советскому укладу и жизни в Москве. Повседневность завораживала его, поскольку являлась бесконечным источником художественных образов. Еще в 1960-е у Рогинского был целый период «поэзии предмета», когда буквально весь коммунальный хозяйственный и продуктовый быт перекочевал в его картины. Однако его эстетическая позиция никогда не несла в себе даже попыток обличения послевоенной советской жизни или политического строя. Будучи убежденным антисоветчиком (эмигрировал, потому что не мог больше выносить происходящего), Рогинский писал бесконечные натюрморты и композиции из того, что его окружало, потом прекратил их делать более чем на десятилетие и вернулся к подобному уже во Франции в конце 1970-х, но совсем по-другому (серии бутылок и книжных полок). И только в 1980–1990-е предметы и вещи вновь захватили его. Работы художника находятся в коллекции Третьяковской галереи, Русского музея, Centre Pompidou (Париж). V
Подробный отчет о сохранности высылается по запросу.