![](https://api.vladey.net/storage/artwork/12265/cover_preview_image-5a05745dc0dfe4fac1179a4ad8934a49.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork/12265/cover_preview_image-5a05745dc0dfe4fac1179a4ad8934a49.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork_image/51133/regular_image-1629544298399d85e4f4f1442fdc950f.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork_image/51134/regular_image-a9dd5859ce9692c34d8fba507344c283.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork/12265/cover_preview_image-5a05745dc0dfe4fac1179a4ad8934a49.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork_image/51133/regular_image-1629544298399d85e4f4f1442fdc950f.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/artwork_image/51134/regular_image-a9dd5859ce9692c34d8fba507344c283.jpeg)
![](https://api.vladey.net/storage/content/pictures/4342/b62z12rxcydvcqdwvpp3e5ejtq8htv0c.jpg)
Фотография Игоря Пальмина,
1978 год.
Работы классика московского концептуализма Ивана Чуйкова всегда производят гармоничное, сбалансированное, спокойное впечатление, которое зритель обычно ассоциирует с исторически установившейся живописной традицией. Тем не мене, в своих поисках с самого начала Чуйков занимался проблемой изображения: «Как вообще существует изображение, и почему оно существует, и как с ним вообще быть, и какое оно имеет отношение к реальности — вообще любое изображение?» Как и многие московские концептуалисты его поколения, Чуйков не отказался от живописи, а поставил ее на службу своим идеям: его сложные по содержанию произведения всегда внешне просты по исполнению.
В представленной на торгах работе «Облако» художник использует характерные постмодернистские приемы фрагментации и перекомбинирования в целях обнаружения единой живописной плоскости. Сохранилась даже известная фотография Чуйкова с этой работой. Художник переосмысляет классическую концепцию картины как «окна в мир», исследует зыбкость границ между внешним и внутренним, природным и искусственным, реальным и иллюзорным в человеческом восприятии.
на выставке в Доме Ученых,
1978 год.
«Фрагментация и комбинаторика не служат здесь введению в искусство литературности и повествовательности, как это имело место у многих русских художников, работавших параллельно с Чуйковым — таких, скажем, как Илья Кабаков, Эрик Булатов или Виктор Пивоваров. Эти художники, имевшие обширный опыт книжной иллюстрации, поставили себе целью отрефлектировать опыт современного технического обращения с художественной формой, т.е. её механической фрагментации, репродукции и перекомбинирования, путем её интеграции в повествовательный текст. В известном смысле Чуйков идёт прямо противоположным путём, поскольку он, напротив, стремится использовать те же технические приёмы для нового обоснования живописной автономии и для достижения традиционных целей высокого модернизма. Но в то же время искусство Чуйкова не является абстрактным в значении „лишённым содержания" — и это его содержание делает искусство Чуйкова, при ближайшем рассмотрении, близким к искусству его коллег по московскому концептуализму. Речь идет об устремлённости в бесконечность», — пишет об искусстве Чуйкова этого периода философ и теоретик искусства Борис Гройс.
О художнике:
Иван Чуйков родился в семье художников и получил в 1960-е классическое художественное образование. Однако почти сразу же после окончания учебы стал искать свой авторский стиль за пределами академической традиции. Примерно в это же время он знакомится с художниками-нонконформистами, в частности с кругом «московского концептуализма», к которому зачастую относят искусство Чуйкова. Между тем его произведения всегда выделялись абсолютной независимостью артистических стратегий. В отличие от Ильи Кабакова или Виктора Пивоварова, Чуйков почти не интересуется выстраиванием персонального нарратива и более всего увлечен исследованием структуры живописного произведения. Проблематика искусства художника строилась вокруг вопросов о том, «как вообще существует изображение, и почему оно существует, и как с ним вообще быть, и какое оно имеет отношение к реальности — вообще любое изображение?». Картина интересовала Чуйкова не столько как самодостаточный замкнутый мир, сколько как результат взаимодействия различных визуальных слоев, на стыках которых рождаются сегодня важнейшие художественные смыслы.
В течение всего своего творческого пути Чуйков методично разрабатывал вопросы взаимодействия реальности и изображения во всем многообразии форм. При этом изображение в понимании художника отнюдь не наделялось сакральным статусом, не являлось неприкосновенной составляющей картины — для Чуйкова оно, скорее, представлялось пластичным внешним слоем, свободно обтягивающим поверхность, будь то обычный холст или сложный пространственный объем. При этом органичные связи между живописью и ее основой всегда распадаются: живописная компонента приводилась Чуйковым в состояние конфликта с другими составляющими произведения — будь то основа или коллажный эллемент. Этот неоценимый вклад в развитие современной живописи делает художника одним из самых культовых авторов отечественного искусства. Сегодня работы Ивана Чуйкова входят в собрания Третьяковской галереи, ГМИИ им. Пушкина, ММОМА, Русского музея, Музея Людвига (Будапешт), Centre Pompidou (Париж) и Albertina (Вена). V
Двусторонняя картина. На лицевой стороне присутствует подпись, дата 1978 и номер 6/15. На оборотной стороне присутсвкет подпись, дата и номер 7/5 на обороте. Присутсвуют дефекты и следы времени. Подробный отчет о сохранности высылается по запросу.