Totibadze Gallery. Интервью с Мариной Цурцумией

5 марта 2019

Totibadze Gallery

Основана: Москва, 2016

Создатели: Марина Цурцумия, Георгий Ташкер, Константин и Георгий Тотибадзе

 

Соосновательница галереи Марина Цурцумия о любви к живописи, личной страсти к коллекционированию, взаимодействии с публикой и о том, что современному искусству необязательно быть актуальным

О первой встрече с современным искусством

Мое первое столкновение с современным искусством произошло в 1981 году, когда я была студенткой первого курса ВГИКа. Мой папа, кинооператор и режиссер, тонкий ценитель искусства, дружил со многими художниками, в том числе с неофициальными: Ильей Кабаковым, Владимиром Янкилевским и другими, о которых в своей тогдашней наивности я решила снять фильм. 

Папа отвел меня в мастерскую Кабакова на Сретенском бульваре, а Илья Иосифович стал меня отговаривать: ты не понимаешь, девочка, на что подписываешься, за тобой КГБ приедет. Сниматься он отказался, и я решила пойти на какую-нибудь выставку и снимать там. Вместе с Сергеем Мачильским (он сейчас известный оператор, а тогда учился со мной во ВГИКе) мы взяли камеру и поехали в выставочный зал Горкома графиков на Малой Грузинской, где в советское время проходили «разрешенные» выставки нонконформистов. Очередь на вход стояла огромная, нас пустили через запасной ход. Едва мы сняли кусок экспозиции, к нам подошел Константин Худяков и сказал: «Вылезайте через окно, сюда едет КГБ!» Среди зрителей, которых мы тоже успели заснять, по всей видимости, оказались стукачи. Мы вылезли через окно на Зоологическую улицу, добрались до ВГИКа, где в кабинете у ректора Виталия Николаевича Ждана уже сидели работники спецслужб. Отобрали у нас пленки, грозились исключить из ВЛКСМ. Ждан был в ярости и буквально кричал на нас: «Почему вы туда сунулись?! Есть же зал [Союза художников] на Кузнецком Мосту, где нормальные работы показывают!»

Этот случай, как я позже узнала, оказался для него очень болезненным. Его сын тоже был художником-нонконформистом и к тому моменту уехал в Париж. Там же проходил ежегодный слет киношкол, на котором Ждан, ректор ВГИКа, регулярно присутствовал. А с него взяли подписку, что он не будет видеться с собственным сыном. ВГИК в те времена и без этого считался рассадником вольнодумства и западного образа жизни. Во ВГИК постоянно приходили инструкторы из Бабушкинского райкома партии, ругались с нами и говорили, что из-за нас партбилет положат на стол.

О рождении галереи

Мы с моим другом и партнером по бизнесу Георгием Ташкером на «Винзаводе» уже десять лет — у нас здесь кафе «Цурцум». В пространстве, которое сейчас занимает галерея, в разное время находились другие площадки. Мы сотрудничали с ними время от времени, помогали с организацией кейтерингов. Идея открыть собственную галерею была у нас давно и, кажется, незримо витала в воздухе. И когда помещение вновь освободилось после переезда галереи pop/off/art, в январе 2016 года Георгию предложили здесь что-нибудь организовать. За два дня мы приняли решение создать галерею совместно с нашими друзьями и замечательными художниками Тотибадзе. Успели смонтировать первую выставку к вечеру вернисажей — это была выставка самих Гоги и Кости Тотибадзе. Кажется, все сложилось по воле случая, но я уверена, ничего случайного не бывает.

О стиле галереи и работе с художниками

Галерея носит имя художников Тотибадзе, но мы, разумеется, выставляем не только их работы. Мне кажется, что среди существующих московских площадок мы стоим особняком. В английском языке современное искусство обозначают понятиями modern и contemporary. И в нашем случае мы, безусловно, представляем contemporary art, но не в полном смысле этого слова. Проекты, которое мы показываем в галерее, не отражают моду или мейнстрим в сегодняшнем искусстве. Это не те художники, которые определяют лицо российского искусства в мировом масштабе. В первую очередь нас интересует живопись и те авторы, которые занимаются ею профессионально и со знанием дела. Этот жанр традиционен для искусства, но, как известно, не чужд экспериментам. У нас прошли невероятно любопытные выставки абстрактных картин Димы Ракитина и Кристель Прюмм, потрясающих ящиков Алены Кирцовой. Мы работаем с представителями разных поколений, и нас интересуют различные художники, включая зарубежных. Осенью 2019 года мы вообще планируем открыть выставку, посвященную Зданевичам, с семьей которых клан Тотибадзе-Кутателадзе связан непосредственными образом, и у них сохранился архив. Сейчас в качестве эксперимента готовим проект «Женская работа». К участию мы пригласили женщин-художниц и предложили им переосмыслить тему пялец. Нередко художники придумывают проекты и создают работы специально для галереи, как было с работами Александра Флоренского, одна из которых представлена на аукционе. С художниками, с которыми мы работаем, у нас тесные дружеские отношения. И между собой мы вчетвером — я, Георгий и братья Тотибадзе — почти всегда сходимся во вкусах и предпочтениях касательно сотрудничества с авторами и редко о них спорим.

О просветительской функции галереи и искусства

Я очень ценю аудиторию, которая приходит на наши выставки. Люди проявляют заметный интерес к искусству и часто высказывают оригинальное мнение о работах, которые видят. Но искусство, с которым мы работаем, относительно несложное для понимания. При всем уважении к современным концептуальным течениям мы не показываем на выставках герметичных работ, требующих специального навыка для их дешифровки. Мы чувствуем в себе желание через живопись рассказать о том, о чем зрители не узнают из концептуального искусства. Дать им прививку фигуративной живописи, способной заинтересовать их и позволить открыть для себя что-то новое.

Зимой 2017 года у нас проходила выставка Георгия Тотибадзе «Лес» — гигантские полотна с изображением леса, которые занимали все стены галереи целиком и были написаны в гиперреалистической манере. Для убедительности мы даже набросали на пол сосновой коры. Однажды мы сидели с художником на выставке, мимо проходили молодые парень и девушка, они зашли и начали оживленно спорить: мальчик утверждал, что на стенах фотообои, а девушка объясняла, что это живопись. Он долго смотрел на картины, и чем дольше всматривался, тем отчетливее различал на них мазки, из которых складывалось изображение. В какой-то момент он упал на колени и произнес слова восхищения. В его восприятии, привыкшем к цифровой картинке, произошло столкновение с искусством.

Мой отец всю жизнь собирал книги по искусству — ему их привозили друзья из-за границы и дарили иностранные однокурсники. Я выросла на этой визуальной культуре, и она мне кажется знакомой и понятной. Культура начинается с того, что люди с детства видят ее вокруг. Недавно я была в Старой Пинакотеке в Мюнхене в воскресенье, вход для взрослых стоил 1 евро, а для детей был бесплатным. Туда пришло невероятное количество семей с детьми разного возраста: они сидели на полу, и у них был урок рисования. Художественное образование — это очень важно. Если бы музеи в России работали бесплатно хотя бы по выходным, это стало бы огромным вкладом в развитие интереса к искусству. Любопытен пример коллекционера Владимира Некрасова, некогда владельца сети магазинов «Арбат Престиж»: картины из своей коллекции он вешал прямо в торговых залах. А столетием ранее так делал известный парфюмер Анри Брокар. Если вокруг тебя нет искусства, желания купить картину не возникает. 

О коллекционерах и коллекционировании

Круг коллекционеров, с которыми мы работаем, учитывая специфику галереи, ограничен. Но это более или менее постоянный круг ценителей, которые покупают у нас работы, открывают для себя новые имена или новые произведения уже известных им авторов. Что и говорить, с коллекционерами в нашей стране беда, как и с рынком искусства в целом. Мы уже три года организуем рождественские ярмарки, где продаем работы художников галереи, снижая цены, чтобы привлечь на них новых покупателей. В 2016 году у нас купили почти все картины с выставки, в 2017-м — только половину, в 2018-м — одну треть. Коллекционеров надо беречь и пестовать. А еще выращивать, прививать людям понимание того, что вместо дорогих навороченных гаджетов можно купить хорошую картину. Повесить ее на стену, ежедневно видеть ее под новым углом и при разном освещении, отчего она каждый раз будет раскрываться по-новому. Это психология, которую можно развивать. Сегодня многие занимаются инвестиционным коллекционированием, рассматривая произведения как выгодно приобретенные активы. Но к подлинному коллекционированию это не имеет отношения. Подлинное коллекционирование — когда покупаешь картину потому, что она тебе нравится и ты жить без нее не можешь. У меня у самой есть собственная коллекция, и собираю ее не из соображений продать впоследствии подороже. Раз купив одну картину, ты купишь и вторую, третью. Вирус коллекционирования будет невозможно излечить.

Миссия и задачи галериста 

Миссия галериста в обращении к зрителю. Братья Тотибадзе были известными художниками и до открытия галереи. Их работы хорошо продавались, в их мастерскую приходили люди, и они не были уверены, что им нужно отдельное выставочное пространство. Но когда мы развесили их работы в галерее, в «белом кубе» с профессиональным освещением, и он во время открытия стал наполняться незнакомыми людьми, картины зажили собственной жизнью, их мнение изменилось.

Обращаясь к людям, ты соизмеряешь себя с другими. Это важная, но тонкая ситуация для любого автора. Я сама режиссер, и когда показывают мой фильм, я выхожу из зала и возвращаюсь по завершении сеанса. Для меня невыносима мысль, что мою работу могут «обидеть», засмеяться или заплакать в ненужный момент. То же самое касается живописи: ты писал картину два месяца, а тут приходит человек, начинает кривиться, критиковать.

О галереях и галерейном движении в Москве

Я два года прожила в Берлине и имею возможность сравнить тамошнюю галерейную среду с московской. Берлинские галереи очень разные. Там есть помпезные «высоколобые» площадки, а есть обычные галереи. Их много, они занимают целые улицы в городе. Цены в них совершенно другие. Для Москвы 5000 евро за работу — это недорого, а в Берлине это огромные деньги. Рынок там устроен иначе: немцы, когда хотят купить современную работу, с большей вероятностью пойдут за ней в галерею. В Москве все иначе. В центре города за редким исключением практически нет галерей: стоимость аренды здесь непомерная. Основные игроки сосредоточены на «Винзаводе», который остается кластером, уникальным в своем роде, и на вечера вернисажей приходит невероятное количество публики. Да и в другие дни ее предостаточно. Неожиданно в середине обычного дня начинается вал народу. Я сама наблюдаю подобные вещи регулярно.

Галерейное движение в России нужно расширять. Галереи нужно открывать везде, где позволяют ресурсы. Освободилась площадка — на ней можно открыть галерею. Чем больше их будет работать, тем лучше. В Москве продолжают свою деятельность «старослужащие», у которых в галерейном деле огромный опыт. И при этом появляются новички, которые могут кого-то раздражать. Нам стоит отказаться от наших предрассудков и сообща делать общее дело. Пусть цветут все цветы. Их нужно регулярно поливать и ухаживать за ними. Проходит ли в городе большая галерейная выставка или ярмарка тиражных принтов, к ним стоит относиться одинаково без пренебрежения. Я сама с радостью хожу на ярмарки принтов и покупаю понравившиеся мне вещи, и невероятно рада, что их организуют в Москве.

Интервью с галеристами-участниками к аукциону ГЕРОИ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

Источник: VLADEY

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera