«Искусство вернется в подполье»: художница Эмилия Кабакова об Украине и о судьбе российского арт-мира

5 июля 2022

Родившаяся в Советском Союзе, художница размышляет о том, как работы ее и мужа Ильи приобрели новый смысл.

Софья Кишковская
29 июня 2022 г.

Публикуется с сокращениями

Пара художников Илья и Эмилия Кабаковы живут и творят в доме и студии на Лонг-Айленде, Нью-Йорк. The Art Newspaper встретился с ними там и поговорил с Эмилией о пророческой природе искусства и о спецоперации (прим. VLADEY) России в Украине, где оба художника родились.

The Art Newspaper: Один из рисунков Ильи, изображающего корабли, на фоне которых по-русски написано «иди на хуй», стал своеобразным мемом во время спецоперации (прим. VLADEY) в Украине. Он использовался для обозначения известного инцидента на Змеином острове в Черном море в феврале, когда дерзкие украинские моряки заявили: «Российский военный корабль, иди на хуй». Образ Ильи, созданный десятилетия назад, стал широко распространяться в сети после того, как запись стала вирусной. Можете ли вы рассказать нам об этом?

Эмилия Кабакова: Рисунок Ильи создан в 1984 году, и в нем целая история. Это альбом с рисунками коров, кроликов, всевозможных цветов и птиц. Идея в том, что есть детские рисунки, но за ними всегда прячутся эти «плохие» слова.

Илья Кабаков. Корабли. Пошел на хуй, 1993. Литовский национальный художественный музей, Вильнюс, Литва

У нас есть несколько историй об этом наборе рисунков. Отец пошел в магазин, принес книжку-раскраску, и мать увидела в ней нехорошие слова. Они пошли в милицию и было целое расследование, кто из врагов Советского Союза подложил такие плохие слова в детскую книжку-раскраску.

Эти рисунки Илья делал в 1984 году, а в 1990-х мы делали гравюры. Теперь это было откопано и приобрело совершенно другой смысл. Оказалось, что Илья попал в точку. Запустить этот мем помог [российский коллекционер и галерист] Марат Гельман. Мне сразу же позвонили из Литовского национального художественного музея [у них есть коллекция работ Ильи] и попросили разрешение на публикацию. Мы согласились, отправили им изображение, и они сделали открытки.

Сегодня вы показали нам несколько своих работ и поделились историями их создания. Кажется, что многие из них обретают новую жизнь в связи с текущими событиями?

Они оказались многослойными, и многие из них живут и по сей день. Красный павильон был построен для Венецианской биеннале 1993 года [Он был призван показать, что Советский Союз никогда по-настоящему не исчезал]. Да, в то время в России еще шла перестройка [попытка Михаила Горбачева реформировать советскую систему]. Все менялось. Но как сказал когда-то бывший премьер-министр Виктор Черномырдин: «Хотели как лучше, а получилось как всегда».

Красный павильон в Венеции. Предоставлено художниками

Красный павильон вернулся. В то время нам говорили, что он никогда не вернется, что это бред и мы застряли в прошлом. Но оказалось, что мы не застряли в прошлом. Мы смотрели в будущее. Мы не хотели этого, но так распорядилась судьба.

Было время, когда казалось, что современное искусство принимается современным режимом. Как вы думаете, так ли это было на самом деле?

Оно так и не стал официальной формой искусства. Это иллюзия. Оно было принято лишь условно. Мы с Ильей сегодня говорили о том, почему в советское время просто не перебили всех андеграундных артистов. Почти все они имели официальную работу. Половина из них были членами Союза художников. [Эрик] Булатов, [Олег] Васильев и Илья были членами. Вот так они и выжили.

При этом все делали то, что хотели. Никто из них не был политическим художником. Политические были другим кругом художников. Это не так. Но каждое их произведение было многослойным, и оказалось, что спустя много лет их творчество взяло на себя иную роль. Например, мне кажется, что некоторые картины Булатова тех лет сейчас можно трактовать как прославление советских образов, а не как противостояние им. Такие картины, как булатовский портрет Брежнева, вдруг начали передавать другое послание.

Работы Ильи совсем другие, как предсказание будущего. Эти детские корабли в итоге оказались военными кораблями, которых проклинали. Это не то, что он имел в виду. Когда мы делали «Красный павильон», мы думали, что СССР вернется, но очень надеялись, что этого не произойдет. Тридцать лет спустя он снова здесь. Это была фантазия, но также и страх возвращения СССР, тоталитарного режима.

Мы не верим, что там можно построить демократическое будущее. С одной стороны, есть много невероятно талантливых людей. С другой стороны, это страна, которая снова и снова, через определенные промежутки времени, выбрасывает или уничтожает эти таланты. Это случилось с революцией. Это произошло в 1937 году и после Второй мировой войны, когда огромное количество людей осталось на Западе, уехало из Советского Союза, погибло или снова попало в тюрьмы. И это происходит сейчас.

Казалось, что все успокоилось и началось что-то новое. Наводились мосты дружбы, музеи обменивались знаниями и опытом, россияне уезжали работать за границу, специалисты приезжали в Россию. Что-то делалось. И вот вдруг все это падает в пропасть. 

Сейчас в соцсетях много болезненных дискуссий между украинскими и российскими кураторами о том, имеет ли сегодня российское искусство право слова. Как это разделяет мир искусства?

С одной стороны, я понимаю [украинскую точку зрения]. Россия и тем более Украина, две страны, в которых я жила, из которых я родом. Но я приехала из страны, Советского Союза, где все делали вид, что ладят друг с другом. Я не имею в виду тоталитарную систему, из-за которой я ушла, не вернулась и не вернусь. Я бы ни за что не вернулась, что бы мне ни предложили, потому что подсознательно я всегда боялась, что все может повториться. И это именно то, что происходит сейчас.

В студии Кабакова в Нью-Йорке. Фото: Софья Кишковская

Искусство должно объединять людей. Искусство не принадлежит ни Украине, ни России. Культуру должны защищать все. Культурная память и культурное наследие — вот, что отличает нас от животных. Сейчас его разрушают с обеих сторон. Культурное наследие другого народа уничтожается. Никто не хочет этого понимать, а те, кто понимают, сегодня уезжают из России. Многие люди в России не хотят верить или понимать, что происходит.

Что будет с российским миром искусства?

Я читала, что в небольших городах России снова проходят квартирные выставки. Художники привозят свои картины и приглашают посмотреть их бесплатно. Мы вернулись в Москву 1960-х и 70-х годов. Все прошло полный круг. Это значит, что неофициальное искусство снова появится. Мы получим новый неофициальный мир Кабаковых, Булатовых, Васильевых, Комаров и Меламидов и многих других.

Корабль толерантности» Ильи и Эмилии Кабаковых (2005 г. – настоящее время) в Майами в 2011 г. Проект предполагает сотрудничество со школьниками, которые рисуют картины, основанные на значении слова «толерантность», которые затем объединяются в парус корабля. Предоставлено художниками

Я получила сегодня очень интересное письмо от московского художника, у которого двое сыновей и который, вероятно, будет вынужден покинуть Россию, потому что он собрал выставку портретов арестованных. Он спросил меня, что делать. Я сказала, что он должен думать о своих детях, поскольку они будут страдать. Он сказал, что прочитал все интервью, которые мы с Ильей дали, и все, что мы написали, потому что хочет понять, как создавать многоуровневые работы, в которых не всегда можно узнать, что внутри, — чтобы они не были явно антиправительственными. Мой ответ таков: искусство всегда должно быть таким. Оно не может быть прямым или однолинейным, оно должно быть сложным. Люди не так просты. Нет черного и белого. Мы очень многослойные люди. Именно это делает нас людьми.

Проблема в том, что все действительно талантливые художники ушли. Здесь их все знают, а там их нет. Недавно в российском издании вышла очень интересная статья о «100 живых русских художниках, которых вы должны знать». Там написано: «Илья Кабаков до сих пор носит титул русского художника номер один». Я думаю, что они, возможно, поспешили объявить его российским художником, чтобы Украина не претендовала на него.

Но я хотела бы повторить то, что сказала ранее: мы считаем себя интернациональными художниками, родившимися в Советском Союзе и проживающими в Соединенных Штатах Америки.

Источник: The Art Newspaper

Легендарный «Альбом для раскрашивания» 2011 года Ильи и Эмилии Кабаковых будет представлен на аукционе VLADEY СЛИВКИ 23 июля.

Илья и Эмилия Кабаковы. Альбом для раскрашивания, 2011.
Работа будет представлена на аукционе VLADEY СЛИВКИ 23 июля.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera
Мы используем cookie, чтобы анализировать взаимодействие посетителей с сайтом и делать его лучше