График Мария Ларионова, учившаяся в Художественно-промышленной академии имени Штиглица, чаще делает рисунки на ткани и на стенах, чем на бумаге. В ее творческой манере легко разглядеть Пикассо и Матисса, но только лишенных всякой серьезности «великого искусства». Ларионова может сшить женскую фигуру, набить эту ростовую куклу ватой и как татуировками покрыть ее рисунками и фразами, в довершение всего нарисовав на щеках яркий румянец. 

Легкое и почти игровое отношение к собственной работе, свойственное многим «прикладникам», не исключает серьезных размышлений — на небольшом полотнище “I’ll never be a sad song” есть дневниковые заметки, женские переживания, обрывки внутренних монологов и цитаты из песен. Но крупнее всего и прямо по центру выведен настоящий диагноз нашего времени: «В целом конечно все норм, не придерешься… Но…». V

---

 

Подробный отчет о сохранности высылается по запросу.