Красил Макар
ИЗДАЛЕКА ДОЛГО
Красил Макар
ИЗДАЛЕКА ДОЛГО
Открытие 14 апреля в 19:00
15 апреля — 24 мая
OVCHARENKO, 4-й Сыромятнический переулок 1/8с9
С 11:00 до 20:00, без выходных
Вход свободный
VLADEY и OVCHARENKO представляют персональную выставку Красил Макара «Издалека долго».
Красил Макар — публичная маска художника, начавшего свою карьеру в 2017 году. По сконструированной им самим легенде, родился он в селе Нижняя Синячиха (ныне в Свердловской области) в 1889-м — на год позже Джорждо де Кирико, на год раньше Эль Лисицкого. Как верно замечает исследовательница, искусствовед Ирина Кудрявцева, таким ранним появлением Красил Макар снимает вопрос о преемственности, цитировании или подражании. Он самопровозглашенный современник всего без исключения художественного процесса за последние почти полтора века: причастен и дореволюционным народным промыслам, и русскому авангарду, и послевоенному международному стилю высокого модернизма, и возникшему во второй половине ХХ столетия contemporary art, и пришедшему ему на смену в веке текущем, постцифровому, объектному искусству. Способствует такому органичному родству со всем выше перечисленным и программная анонимность Красил Макара: произведения самым непосредственным образом присутствуют на выставках и в общественных пространствах, а вот автора как будто бы нет — его фигура растворена в воздухе, скрыта за размытыми формулировками фейковой официальной биографии.
И все же даже в таких обстоятельствах, при минимуме исходных данных и максимуме порождаемых ими вопросов, можно с уверенностью сказать, что во всем многообразии мотивов и эпох Красил Макар определил для себя довольно четкие эстетические доминанты. Это авангард и модернизм. Явления хоть и заметно отличающиеся, но все же близкие — по многим параметрам они накладываются, наползают друг на друга. Художнику близка та область, где авангард, с его крайне милитантным духом и резкими, зачастую противоречивыми порывами, встречается с высоким модернизмом, ставшим к середине прошлого века господствующим стилем, всепроникающим, но при этом буржуазно усредненным, слишком спокойным и травоядным. Этот воображаемый момент перехода одного в другое — которого как четкого, концентированного события в истории не было — и конструирует постфактум Красил Макар. Сложно представить Казимира Малевича или футуристов в их прайм-эре жмущими руку Марку Ротко и Генри Муру, тоже взятых в период их наивысшей славы, — а тут и те, и другие на удивление мирно сосуществуют. Не конкретно их стили, а обобщенные слепки культурных эпох, которые маркируются этими именами и группировками: бескомпромиссное жизнестроительство аванграда и позднемодернистская усталость от крутых виражей на поле культуры.
Оттого пластические решения Красил Макара кажутся предельно простыми, самым буквальным образом обтекаемыми, на первый взгляд нейтральными и, одновременно, крайне эффективными в агитационном плане, хотя за что конкретно агитируют, решительно не ясно — скорее всего за сами работы. Увидев объекты художника один раз, их уже будет сложно, практически невозможно выдворить из головы. В этом смысле неслучайна частая работа Красил Макара в области паблик-арта. Впитав опыт разнообразных художественных экспериментов — стратегий в диапозоне от советской монументальной пропаганды до модернистской парковой скульптуры и потаенного концептуалистского внедрения в текстуру большой формы, — он разыгрывает параллельно все эти карты. Игра узоров и объемов в духе, но не по букве Ники де Сен-Фалль, плюс расцветка крестьянской игрушки, а поверх и «между строк» еще и визуальный комментарий в стиле нашего родного неофициального искусства. Характерно, что объекты паблик-арта, созданные Красил Макаром, вроде «Портала» (2022) в Екатеринбурге, с легкостью переживают вандализм — они его просто апроприируют, ассимилируют, суммируют к тому множеству слоев, которые уже имеются в работе.
В сегодняшней атмосфере, когда, с одной стороны, мы еле справляемся с потоком новостей и мемов, а с другой, будто бы ничего по большому счету не происходит, объекты Красил Макара кажутся идеально синонимичными моменту. Пестрые и броские, но при этом деликатные и без острых углов, они плоть от плоти современных культурных реалий: люди хотят ярких страстей, но только на дистанции; вроде бы стоит гул из громких выкриков, но каждый отдельный участник этого хора парадоксальным образом больше молчит, чем высказывается; широко распространено ощущение, что все уже было, все повторяется. Мир устал от сложности, но изначальная простота недостижима, а потому даже многослойные произведения скупы на образы и пластические ухищрения. И Красил Макар предлагает один из наилучших способов действовать в этих новых условиях.
Текст: Сергей Гуськов