«Конец 60-х прошлого века был связан с важным этапом моего творчества — с переходом от абстрактной живописи к картинам, так или иначе отражающие мои впечатления от непосредственной реальности, будь то мои впечатления от поездок на Север, в Прибалтику или на дачу, от летних пейзажей Подмосковья, от просмотра фильмов или каких-либо иных воздействий со стороны современной культуры. Причем я пытался передавать и сложные комбинированные впечатления, и образы в рамках одной картины, свободно используя цвет для создания отдельных визуальных фрагментов. Это был период открытия собственного живописного языка и средств отображения, поиска и исследования адекватных структур, позволяющих выразить разноместные и разноплановые впечатления, изучение роли и взаимодействия света и цвета в картине, а также и значения пространства, объединяющего различные и порой противоречивые визуальные события. 

Афиша фильма «Айседора», 1968.
Режиссер: Карел Рейш.
Источник: wikipedia.org

Одной из таких проблем явилось изучение взаимодействия цвета и не-цвета в картине — черно-белых и цветных изображений. В результате была написана серия работ, одной из которых явилась картина “Vanessa”, созданная в 1968 году. В то время я увлекался кино, состоял в московском киноклубе и выписывал целый ряд польских журналов, посвященных этой теме. В одном из номеров я прочел о съемках и скором выходе на экран британского фильма “Айседора”, посвященного знаменитой танцовщице (он вышел на широкий экран как раз в 1968 году). В главной роли снялась известная английская актриса Ванесса Редгрейв. Меня привлекло имя этой актрисы. Ведь Ванесса на латыне означает “бабочка”, я как раз перед этим написал две картины, посвященные полету бабочки в пространстве. Причем форма бабочки стала главным конструирующим элементом всей работы. 

В журнале были приведены несколько фотографий со съёмок фильма, и меня привлекла одна черно-белая и наиболее выразительная, на которой руки на плечах актрисы напоминали сложенные крылья бабочки. У меня внезапно родилась идея противопоставить этот статичный, но готовый взорваться в танце, почти монументальный образ, живым и более мирно порхающим бабочкам, изображенным в цвете и в натуральную величину. Контраст искусственного (от искусства) и естественного — застывшей в напряжении черно-белой фигуры и райских существ, не ведающих о муках творчества и символах искусства, живущих своей параллельной жизнью — происходит и в картине, и вне ее. Контраст условного и живого!».

Сергей Шаблавин 

Творчество Сергея Шаблавина представляет собой яркий пример искусства старшего поколения московского концептуализма. В чем-то схожее с работами Ивана Чуйкова, Олега Васильева и Эрика Булатова, оно при этом абсолютно самобытно, далеко от политического контекста. Концепция его работ заключается в уникальном балансе математически, даже физически выверенной геометрии и реализма пейзажей, романтического взгляда на действительность «извне», перенесенного художником из советского времени, и вместе с тем чувственного переживания, идущего из самой глубины художественного сознания. Объединяющая тема всех работ Шаблавина — оптика восприятия: наложенные на изображение рамки (прямоугольные, круглые), удвоения и отражения по-разному искажают изображенные в гиперреалистичной манере миры и абстракции, увиденные будто сквозь толстое стекло. Работы художника представлены в коллекциях Третьяковской галереи и ММОМА. V



Выставки
«Апология заблуждений». ММОМА. Москва, Россия, 2018–2019


 

Подробный отчет о сохранности высылается по запросу.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Opera
Мы используем cookie, чтобы анализировать взаимодействие посетителей с сайтом и делать его лучше