Олега Хвостова выделяет самобытная и узнаваемая манера: упрощенные геометрические формы, сведение натуры к набору простых фигур, контрастные сочетания кричащих цветов, выстроенных по градиентной растяжке. Хвостов работает на границе декоративных возможностей живописи. Манере и образам Хвостова близок и народный примитивизм, идущий от древнерусского лубка, в чем он сближается с русским авангардом начала XX века.

«Ночь» занимает характерное место в живописной системе Олега Хвостова, в которой традиционный мотив природы последовательно переводится в плоскость обобщенной визуальности. Важно, что у Хвостова пейзаж в целом утрачивает связь с «подобием реальности» и работает как вариативная система повторяющихся мотивов. При всем этом картина не теряет своей романтичности, а творческие приемы — самобытности.

В «Ночи» Олега Хвостова при всей ее современной композиционной логике можно увидеть и опосредованное наследование живописной традиции Архипа Куинджи — прежде всего в самом понимании пейзажа. От Куинджи у Хвостова сохраняется интерес к организующей роли света, хотя он радикально переосмыслен. Если у Куинджи в знаменитой «Ночи на Днепре» свет — это источник иллюзии глубины и эмоционального переживания пространства, то у Хвостова он превращается в принцип визуальной сборки. 

О художнике: 
Олег Хвостов свой творческий путь начал в конце 1990-х годов в группировке «Новые тупые». В 2000-е он выработал собственный стиль, сохранив приемы упрощения и условности «Новых тупых» как ключевые черты своей живописи. Хвостова выделяет самобытная узнаваемая манера: упрощенные геометрические формы, сведение натуры к набору простых фигур. Воспитанный на музейных шедеврах Эрмитажа, он обращается к наследию примитивиста Анри Руссо и модерниста Фернандо Ботеро. Манере и образам Хвостова близок и народный примитивизм, идущий от древнерусского лубка, в чем он сближается с русским авангардом начала XX века. В 2010 году прошла персональная выставка Олега Хвостова в ГЦСИ.

Подробный отчет о сохранности высылается по запросу.